Как четыре брата опрокинули всю часовую и электронную индустрию.
В 1946 году инженер Тадао Касио основал в Токио скромную мастерскую Kashio Seisakujo в Токио. Он работал токарем и умел вытачивать детали с точностью до микрона, поэтому брал заказы на детали для микроскопов и шестерёнки.
Но на жизнь этого едва хватало. К нему постепенно подтянулся младший брат Тосио и сказал: «Брат, я помогу». А потом подтянулись еще два брата. Они постоянно искали какую-нибудь штуку, на которой можно было начать уже нормально заработать.
И однажды Тосио придумал кольцо-сигаретник Yubiwa Pipe, которое надевалось на палец и удерживало папиросу.
В послевоенной нищей Японии рабочие курили сигареты до самого ногтя, чтобы не выбрасывать драгоценный бычок, потому что сигареты тогда ценились дороже риса, но они обжигали губы и пальцы, а такое кольцо позволяло скуривать все полностью не обжигаясь. Поэтому устройство разлеталось как горячие пирожки, потому что каждый японец хотел выжать из окурка максимум никотина. Навар с продаж этого незамысловатого девайса дал братьям капитал для более серьезных разработок.
В 1949 году на выставке в Гиндзе братья впервые увидели заграничный электромеханический калькулятор размером со шкаф, который считал через моторчики и шестерёнки, тарахтел как трактор, жрал электричество как паровоз и выдавал результат умножения аж через десять секунд.
Тосио тогда подумал, что если выбросить всю эту механику и шестеренки на электрические схемы, то эта бандура перестанет грохотать. Много лет они ковырялись с разработкой и только в 1957 году представили первый в мире компактный полностью электрический калькулятор Casio 14-A на базе реле. Тогда же братья зарегистрировали компанию под названием Casio Computer Co., Ltd.
Сначала они хотели назваться Kashio Computer. Но старший братец Тадао, считавший каждую копейку, отговорил всех. На английском написание Kashio требовало 6 букв, а Casio всего 5. Тадао заявил: «Мы сэкономим тонны денег на печатных оттисках, вывесках, рекламе и гравировке на корпусах, если выкинем букву H! В масштабах миллионных тиражей это озолотит нас». Плюс Casio звучало максимально по-западному, и иностранцы не спотыкались на произношении.
Машина Casio 14-A весила аж 140 килограммов и стоила как новенький автомобиль. Перед тем как продать первый 14-A, братья погрузили этот 140-килограммовый прибор на поезд до Осаки, чтобы показать его крупным клиентам из компании Uchida Yoko. Но на контроле контролер станции жестко заблочил их: калькулятор был настолько велик, что не проходил по габаритам как обычный багаж. Братьям пришлось на месте, прямо на платформе, со слезами на глазах разбирать корпус топором и откручивать детали, чтобы впихнуть его в вагон как «ручную кладь». Из-за этого при транспортировке перебился провод, и на самой презентации калькулятор сначала тупо не включился. Тосио в панике ковырялся в кишках прибора прямо перед лицом инвесторов, нашел обрыв, скрутил провода наживую и только тогда машина выдала результат.
В итоге крупные компании и научные институты сразу раскупили партию.
Внутри у него было 341 реле, он считал в 14 разрядов, а на умножение и деление тратил всего пять-шесть секунд. Вдобавок ко всему у него была одна цифровая клавиатура, а не громоздкие ряды кнопок по разрядам, и от этого с ним было куда сподручнее работать.
Однако калькуляторы продолжали быть сложными и дорогими приборами исключительно для офисов и ученых в 60-ых. Поэтому конкуренты типа Sharp и Toshiba вбухивали миллионы в миниатюризацию, и цены на калькуляторы падали каждый месяц.
Поэтому Кадзуо Касио приказал инженерам ужать калькулятор до размера пачки сигарет. И в 1972 году Casio удивила весь мир портативным калькулятором Casio Mini. Это было маленькое устройство, которое помещалось в карман рубашки и стоило смешные деньги, потому что дисплей урезали всего до 6 цифр, потому что для повседневных вычислений больше и не надо.
6 значные числа требовали гораздо меньших вычислительных мощностей, нежели 10-значные. Это позволяло использовать более дешевые компоненты, что уронило цену на калькуляторы аж в три раза до смешных 12 800 йен.
Прибор разлетался миллионными тиражами. Калькулятор перестал быть роскошью, поэтому что его покупали не только всякие ученые и бухгалтера, а вообще все обычные люди, студенты, школьники и домохозяйки.
Однако этот успех привлек на рынок аж больше 50 конкурентов, включая таких крупных как Sharp, Sanyo и Panasonic. Конкуренты копировали идею и демпинговали.
Такая дикая конкуренция привела к настоящей войне калькуляторов. Появились даже модели всего за 5 000 йен.
Вместо того чтобы соревноваться скидками, братья продолжили внедрять инновации и повышали эффективность.
Тадао Касио пошел на безумный риск, он начал строить заводы не под стандартные 5000 тыщ калькуляторов в месяц, а способные клепать аж по 100 000 единиц в месяц и выше. Большой объем позволял экономить на расходах.
Он также объединился с Hitachi чтобы делать собственные чипы, а не закупать их на стороне, что еще сильнее снизило себестоимость. Casio незамедлительно добавляла любые инновации, например ЖК дисплеи, которые изрядно снижали энергопотребление. По мимо этого Casio первыми начали скрещивать калькуляторы с другими бытовыми предметами. Например, Casio CQ-1 (1976) — калькулятор + электронные часы + будильник.
Дорогие читатели, помогите мне пожалуйста. К сожалению контент тут не монетизируется так, как монетизируется в каналах, подпишитесь в мой MAX или телеграм, так вы поможете мне продолжать писать для вас новые истории о компаниях и брендах.
В итоге из 50 конкурентов, кинувшихся в эту гонку, выжили лишь единицы.
Чтобы не зависеть от одной нише Casio ворвалась на рынок часов. На первый взгляд это выглядело странно, потому что калькуляторы и наручные часы вроде вообще из разных огородов. Но часы — это, по сути, тот же калькулятор, который складывает секунды. А маржа на этом рынке не была выжжена конкурентами.
При этом традиционные швейцарские и японские производители (Seiko, Citizen) продолжали сидеть на шестеренках. Casio увидела в этом шанс. У Casio для этого рынка были все навыки, и чипы, и батарейки, и ЖК-экраны.
В итоге 1974 году компания выпустила первые в мире цифровые наручные часы Casiotron с автоматическим календарем. Прибор сам определял количество дней в месяце и учитывал високосные года. По тем временам это было как волшебство. Традиционные швейцарские и японские производители стрелочных механизмов опешили от такого дерзкого захода.
Параллельно Casio захватила музыкальный рынок. Тосио Касио был повернут на музыке, но играть толком не умел и искренне бесился, что для игры на фортепиано или органе надо учиться годами, а сами инструменты стоят как крыло от самолета. Тосио подошел к звуку как к цифре. Он решил, что любой музыкальный звук является просто комбинацией волн и частот, которые можно обсчитать на калькуляторном чипе.
И когда инженеры сказали ему, что сделать дешевый синтезатор невозможно, Тосио выкатил алгоритм синтеза гласных-согласных звуков (Vowel-Consonant synthesis), который превращал нажатие клавиши в электронную формулу. Это был тот же калькулятор, только считавший не цифры, а звуковые волны.
В резултате в 1980 году вышел компактный синтезатор Casiotone 201, который воссоздавал звуки разных инструментов и стоил копейки, чем открыл доступ к созданию музыки широкой аудитории без необходимости покупать дорогие профессиональные установки. Простые гаражные группы и начинающие музыканты подсели на эти портативные клавиши, превратив их в хит продаж восьмидесятых.
Однако настоящую революцию устроил инженер Кикуо Ибэ. У него была серьезная психологическая травма, которая произошла после того, как он уронил и разбил в дребезги часы, которые ему подарил его отец. Поэтому Кикуо поклялся создать часы, которые выдержат падение с высоты десяти метров.
Он выбросил из окна третьего этажа больше двухсот прототипов, но ни один из них не выжил. Чего только они не пробовали, и резиной обтягивать, полиуретаном и другие способы амортизации, но ничего не помогало.
В итоге Ибе дошел до точки и решил уволиться. В выходной он приехал в офис собрать вещи, а потом пошел проветриться в ближайший парк.
Там дети играли резиновым мячом, и его осенило. Механизм не нужно бронировать, его нужно подвесить внутри корпуса, как центр мяча, до которого удар почти не доходит. Центр мяча внутри вообще не трясётся, потому что его защищает воздушная прослойка.
В итоге он придумал плавающий электронный модуль внутри резинового корпуса. Механизм как-бы висел внутри корпуса на нескольких амортизирующих растяжках из гелевого материала и не касался стенок, а чтобы он болтался в пустоте.
В 1983 году на прилавках появились первые G-Shock DW-5000C, которые можно было швырять об стену. Сначала публика отнеслась к массивным пластмассовым часам с диким скепсисом. G-Shock брали в основном скейтеры, потому что эти часы спокойно переживали любые падения.
Чтобы доказать прочность девайса, компания запустила агрессивную рекламу в США, где хоккеисты вместо шайбы лупили клюшками по G-Shock.
Но телезрители не поверили, они кричали что это обман и монтаж. И тогда менеджеры Casio пришли в прямой эфир популярного американского ТВ-Шоу расследований, принесли клюшку, шайбу и G-Shock, и ведущий в прямом эфире со всей дури всадил по часам в бетонную стену. Но часы продолжали ходить секунда в секунду. Именно этот эфир за ночь сделал G-Shock культом в США.
Эта реклама взорвала мозг американским подросткам, и G-Shock моментально стали символом крутости в хип-хоп тусовке и среди скейтеров. Рэперы типа Dr. Dre и Тупака носили их на каждом концерте.
Сам Ибе в успех не верил. Клиенты предупреждали его, что часы дороже 4 000 иен не продадутся, а G-Shock стоил больше 10 000, поэтому Ибе ждал, что интерес скоро выдохнется.
Но продажи продолжали неугомонно лететь в космос, и неубиваемые часы стали культовым аксессуаром для военных, спортсменов, экстремалов и в уличную культуры. А из уличной культуры перебрались уже на запястья музыкантов, знаменитостей и модников.
Эта волна популярности докатилась даже обратно до Японии. Сначала G-Shock не были популярны в Японии, потому что в Японии часы считались хрупким статусным аксессуаром, а этот пухлый кирпич выглядел дико.
К тому же японские продавцы отказывались брать G-Shock, потому что ремонт приносил им хорошие деньги, а часы, которые не ломаются, эти деньги убивали. Но теперь эти продавцы сами умоляли Casio поставить им партию G-Shock. И продажи в Японии улетели в стратосферу. С 1983 года Casio продала больше 130 миллионов таких часов.
Бренд ворвался даже на рынок цифровых фотоаппаратов. В 1995 году компания выкатила первую компактную камеру QV-10 с цветным ЖК-экраном на задней панели. Пользователи впервые смогли сразу разглядывать сделанные кадры и удалять неудачные снимки. Этим шагом Casio задала стандарт для всей мировой фотоиндустрии.
Сегодня Casio продолжает выгребать миллиарды с продаж часов, музыкальных инструментов и вычислительной техники.
Секрету успеха Casio в том, что компания всегда решала боль клиента. Колечко для курильщиков решало боль бедняка, «Касио Мини» решала боль обычного человека с дорогим и громоздким калькулятором, Casiotron решала боль с вечным переключением даты, а G-Shock решала боль от разбитых часов.
Прошу ради бога кинь эту статейку друзьям, или в какой-нибудь канал, чат или группу, а то мне кажется, что я пишу тупо в пустоту. 😥 Помоги мне понять, что работа проделана не зря.🙏 Твой репост это топливо для новых текстов, таких-же дерзких и живых. 🔥 😉 И не забудь подписаться в MAX или телеграм-канал!
